Теория о народе-алкоголике (Часть 3)

ТОЛПА

Понятно, что внутренний отказ от свободы появляется не на ровном месте. Сначала над этим работает семья, а потом и государство. Если в семье вроде бы все делается на благо ребенка, из лучших побуждений, то государство действует целенаправленно и обдуманно. Вот взять почти любых родителей, что они первое вкладывают в сознание ребенка? Послушание родителям, потом воспитательнице в детском саду, потом – учителям в школе. Непослушание расценивается как один из самых опасных грехов. Ребенок может плохо учиться или вообще быть оболтусом, но если он демонстрирует послушание, то родителям это нравится, и они такого ребенка поощряют. То же самое и дальше. А ведь на, самом деле, они забивают в его подсознание вредность свободы и чем старше становится ребенок, тем с большим размахом ему вдалбливают эту мысль. Причем, это делается настолько жестко, что калечит его психику уже навсегда. Даже если в переходном возрасте он взбунтуется, можно не сомневаться, что он просто сменит тех, кто способен ограничивать его свободу и этих новых персонажей он уже будет воспринимать как освободителей и авторитетов. Так они оказываются под влиянием бандитских группировок, наркодиллеров и подобных деятелей. То есть, вырвавшись из-под опеки своих родителей, ребенок уже не ищет свободы, он ищет свое место в какой-то другой структуре, которая снова жестко ограничит его свободу.

А дальше в работу вступает государство. Оно уже ломает основательно и без дураков. Причем, речь идет о любом государстве, ибо оно представляет собой карательный аппарат в том или ином виде. Пусть не карательный, но запретительный и принудительный – безусловно. И тут важны пропорции. Если государство не имеет системы сдерживаний и противовесов, оно неизменно будет усиливать свое давление на граждан вплоть до их рабского, беспрекословного состояния. Но весь фокус в этой формуле состоит в том, что эти самые сдерживания и противовесы напрямую зависят от наличия определенного количества граждан, считающих свободу высшей ценностью и способные деятельно выступить против ограничения этих свобод.

Однако, если таких людей нет, государственную систему просто некому и не чем сдерживать и тогда она начинает кормить своих граждан суррогатом свободы. Оно поит своих граждан суррогатными продуктами, типа «боярки» или одеколона, но уже в психологическом плане. Сегодня это заливается в телевизор и оттуда – в уши граждан. В итоге, люди разными способами и методами лишаются самого понятия свободы или хуже того, свобода уже преподносится как основное зло, с которым следует бороться.

Недавно мы писали о начальном периоде Германско-совковой войны и упоминали об огромном количестве пленных, захваченных в первые недели войны. Как и почему они оказались в плену – отдельная тема, а нам важно то, как этих пленных перемещали и содержали. Как отмечают сами германские военные, они никак не ожидали, что будут иметь дело с сотнями тысяч военнопленных в первые пару месяцев войны. Так вот, для охраны тысяч пленных просто не было соответствующих охранных частей и конвой осуществлялся всего несколькими германскими солдатами с винтовками. То есть, несметное количество пленных в любой момент могло просто смести охранников и вырваться на свободу. Не вырывались. Даже тогда, когда уже стало понятно, что кормить их не чем и скорее всего, их ждет банальная голодная смерть. Не бежали.

Наверное, кто-то скажет, что они не хотели возвращаться в красную армию из-за ненависти большевиков. Это вопрос довольно спорный и не относится к данной теме, но мы считаем, что не бежали они потому, что просто боялись свободы и не знали, что с нею дальше делать.

Примерно то же самое сейчас демонстрирует Россия. Ее население не слишком-то обмануто российской пропагандой и Путин не сильно его изменил, в плане психологии. Не было бы Путина, был бы Тупин или Хутин. Вся масса российского населения в принципе не хочет никакой свободы. Ей она просто не нужна. Между прочим, простые граждане РФ это довольно четко озвучивают в многочисленных интервью. Они честно отвечают, что готовы пожертвовать своими правами и свободами в обмен на стабильность и пусть не жирный, но паек! Слушая эти интервью, хочется ущипнуть себя, ибо там почти слово в слово говорят то, что я не раз слышал от арестантов с тремя-четырьмя «ходками». Они тоже хотят иметь простые, четкие правила, в плане того, кому им подчиняться, и кто подчиняется им. А к этому – немного еды.

(окончание следует)

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

1 Ответ to “Теория о народе-алкоголике (Часть 3)”

  1. sk13:

    Джон Тэйлор Гатто, «Фабрика марионеток» —
    Социальный философ Ханна Арендт однажды написала: «Формирование убеждений никогда не было целью всеобщего государственного образования. Целью было уничтожение возможности сформировать их самостоятельно».
    Шаг за шагом я начал разрабатывать и, насколько это возможно, внедрять «партизанские» методы, дававшие моим ученикам доступ к тем ресурсам, которые люди испокон века использовали для самообучения:
    — личное пространство,
    — право выбора,
    — свободу от постоянного контроля и надзора,
    — возможность получать собственный опыт, проживая самые разные жизненные ситуации.
    — — — — — — — — — —

Написать комментарий



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: