Экзистенциальная Сказка (Часть 2) | Линия обороны

Экзистенциальная Сказка (Часть 2)

Звезды все больше и больше наполняли темнеющее небо и вдруг Ванька потянул деда за рукав рубашки:

— Смотри деда! Звезда падает! Можно загадывать желание!

— Это не звезда, Ванька. Это астрономический спутник падает и горит входя в атмосферу. Единственное желание, которое можно загадывать – чтобы он не грохнулся на нас.

— Чей это спутник, деда? Наш?

— Если падает, то скорее всего – наш. Хотя, это спорная тема и пока ты не поймешь ее смысла. Просто это – не звезда.

— Может уже пойдем домой? Или мы чего-то ждем?

— Помнишь, ты меня спрашивал о том, почему я тебе не разрешаю смотреть мультики? Так вот, сегодня я тебе покажу, почему. По крайней мере – постараюсь. Для этого надо, чтобы солнце уже село полностью и небо ничем не подсвечивалось, кроме Луны и звезд. Но не должно быть еще и слишком поздно, чтобы люди в поселке уже легли спать. Скоро пойдем, но не сейчас.

Вдоль берега, на небольшой скорости прошел катер. На нем не горело никаких огней, кроме красного и зеленого по бортам. Он явно  наблюдал за обстановкой с помощью приборов ночного видения и дед скомандовал лечь на край обрыва, чтобы их не было видно с моря. Катер лениво обогнул огромный камень и кряхтя двигателем ушел на Восток.

— Все, идем, – тихо скомандовал дед и они двинулись прочь от моря, чтобы не попасть под камеры наблюдения, установленные на ограждении вдоль моря.

— В старые времена,  — негромко продолжил дед, – можно было ходить к морю или в другое место просто в любое время, хоть днем, хоть ночью. Тогда еще не было ни этих заборов, ни камер.

— А как же вы ночью ходили? Ты же сам это запрещаешь и говоришь «мало ли что». Что ты имел в виду?

— Понимаешь, во многих местах практикуется «комендантский час». Это когда от заката солнца и до рассвета нельзя выходить на улицу.

— Почему нельзя?

— Запрещено властью. Тот, кто нарушает запрет, может просто исчезнуть навсегда.

— У нас тоже этот самый комендантский час?

— Нет, у нас его никто не вводил, но люди сами решили, что лучше придерживаться этого правила, чтобы не случилось ничего плохого. Поэтому никто не выходит на улицу после заката солнца.

— А мы?

— А мы – выходим. Это потому, Ванька, что дед у тебя старый и помнит времена, когда можно было гулять всю ночь напролет и ничего не случалось. Вот и мы с тобой среди ночи гуляем и с нами ничего не случится, если мы не встретим людей. Все неприятности, Ванька, происходят от людей. Вернее, от того, что они делают или не делают.

— Не понял, деда. Как могут взяться неприятности от того, что кто-то ничего не делает. Вот меня ругали за то, что я фингал Вовке подбил, помнишь? Я это понимаю. Он хоть и выпросил тогда, но фингал на пол морды, это – слишком. Мне это понятно, и мне правда жаль, что я так его разукрасил. Но вот если бы я ничего тогда не сделал, как от этого могло бы что-то плохое случиться?

— И это ты тоже сейчас увидишь. Главное, чтобы погода не подвела.

Они шли по выгоревшей траве, время от времени поддевая ногой небольшие камешки, которые с шорохом отлетали в сторону. Тропа была укромная, в лощине. Их точно не было видно со стороны, а ночью тут вряд ли кого-то может носить, кроме них самих. Но вот дед забрал влево на холм и какое-то время они поднимались вверх, пока не выбрались на его вершину. С этого места из селение было как на ладони, а сзади них была высокая гора, на фоне которой эту небольшую возвышенность и различить-то было невозможно. Дед знаком показал Ваньке садиться на землю, а сам немного постоял, рассматривая окрестности и тоже сел рядом и перейдя на заговорческий шепот начал свой рассказ.

— Я был еще таким вот пацаном, как ты сейчас и мы с пацанами лазили по местам, в которые я сейчас никогда не полезу даже за большие деньги. Там, — дед указал большим пальцем через плечо, – есть пещеры. Далеко в них мы не залазили, поскольку с фонариками тогда была беда. Вернее – с батарейками. Но на всех нас был один фонарик «жучок», с динамо внутри. Ты сжимаешь рычаг фонаря, он раскручивает динамо, и фонарик светит без батарейки, только от твоего усилия. Единственное плохое, что могло случиться с таким фонариком – сгореть лампочка. В общем, однажды мы нашли в пещере колодец и умудрились в него спуститься. Там нашли разные интересные предметы, что-то из металла, кто-то даже сказал, что это золото. Что-то там еще. А мне достался совершенно непонятный трофей. Плоское прозрачное стекло зелено-голубого оттенка, в какой-то металлической оправе. Из всей добычи мне досталась самая неинтересная вещь, а самое ценное, что удалось найти, – странный нож с орнаментом. Но тогда я его видел первый и последний раз. Куда что делось – не знаю, но стекло осталось у меня.

(продолжение следует)

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Написать комментарий



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: