Рисунок завтрашнего боя

23a

Тема этой статьи затрагивалась ранее здесь, здесь и здесь. Это — попытка найти середину между позициями, которую показывает Генштаб и которую декларирует Правый сектор. Что получилось, читаем ниже.

Пока на фронте более-менее тихо, стоит подумать о том, что и как делать дальше. Наверное, Генштаб что-то приготовил для обороны. Как говорят очевидцы, от линии фронта вглубь Украины нарыли столько всего, что создано уже несколько рубежей обороны. Однако? хотелось бы посмотреть на ситуацию не линейно, типа: они атакуют, мы – обороняемся. Если только так строить планы, то это – предложение позиционной войны, а такой вид боевых действий имеет в виду истощение ресурсов и моральное разложение войск противника. Грубо говоря – кто первый моргнет. Нас это может устраивать лишь в одном случае, если мы только обозначаем остроту конфликта и обеспечиваем партнеров аргументами, которые и приведут противника к истощению и разложению. Внешне это так и выглядит. Держим удар пока у противника не опустятся руки и он сам не уйдет.

В принципе, тактика не плохая и, наверняка, мы увидим проплывающий мимо труп врага. Но в этом случае мы практически ни на что не влияем. Но такая позиция, между прочим, подрывает наш боевой дух и стоит не дешево. Хорошо, что партнеры поддерживают нас материально. Кроме того, она стоила нам Углегорска, Дебальцево и ДАПа. Причем, официальные пояснения военных о том, что упомянутые объекты полностью разрушены и не пригодны к обороне как-то не вызывают доверия. Если дело обстоит именно так, то противник тоже не может их оборонять, тогда почему мы не отбили назад? По словам тех же военных, Дебальцево – ключевая позиция на стыке областей, ДАП тоже – ценная позиция. Почему же мы их отдали или не вернули?

Недавно прошли сообщения о том, что РФ вывела большую часть своих военнослужащих из Лугандона. Не всех, но многих. При этом – продолжается поставка вооружений и боеприпасов. Те же самые военные утверждают, что, по разным причинам, моральный дух у местных террористов и наемников – снижается. Если сложить все в кучу, вырисовывается картина того, как русские видят свои военные действия. Понятно, что стоять на месте они не собираются. Остановятся – загнутся под тяжестью тех проблем, которые уже висят над оккупированной территориями. Решать проблемы некому. Руководство русскими выбрано из самого болота, из отпетых маргиналов. Кроме как воровать, они просто ничего не умеют. Поэтому, все мероприятие строится на теории наступления. Любому наступлению предшествует развертывание войск на исходных позициях. Это значит, что в условленное время в обозначенные районы выдвигается техника, вооружение и личный состав атакующей стороны. В данном случае, первый эшелон формируется из будущих суповых наборов – местных деятелей и наемников. Второй и третий эшелоны – военные РФ.

Это довольно масштабные передвижения, которые не могут остаться незамеченными. Однако к особенностям гибридной войны относится то, что русские не признают участия в конфликте своей армии. Скорее всего, там разработан план, при котором основная масса военнослужащих РФ быстро прибывает из Ростовской области к пунктам сбора, где в готовности стоит их техника и вооружения. Гнать танковые колонны слишком очевидно и накладно, а так – все уже на месте. Пришел эшелон, из вагонов выгрузились танкисты, артиллеристы, мотострелки, расселись по своим машинам, проехали 20-50 км и они готовы к атаке.

Из этого возникает вопрос. На какой стадии наши военные собираются вступать в бой? Дебальцево и Марьинка показали печальную картину. Мы даем полностью развернуться войскам противника и начать атаку. Даем ее четко обозначить, зафиксировать и только затем начинаем работать артиллерией и всем, чем нужно. Как потом выясняется, даже при таком развитии ситуации, мы наносим урон противнику просто в чудовищном соотношении, намного превышающий классический 1:3. Однако даже автор этих строк, не имеющий военного образования, понимает, что это самое неудачное решение из возможных, ибо в Марьинке это сработало, а в Дебальцево – нет.

Если мы видим то, что делает противник (а мы заранее это видели и в Дебальцево и в Марьинке), то самый логичный вариант – удар по противнику в момент его выдвижения на боевые позиции. Грубо говоря, накрыть колонну бронетехники проще, чем жечь танки и БТРы по одному, во время их атаки. На марше, они как минимум, еще не могут вести огонь по нашим позициям. Удачный артиллерийский контрудар нанесет максимальные потери противнику, который даже не успел вступить в бой! Сами потери, а также тот факт, что утеряны темп и внезапность, как минимум вынудят противника отказаться от запланированного мероприятия и подорвет его боевой дух.

Однако, более предпочтительным будет удар по тому месту, откуда противник собрался выдвигаться. Там еще не выстроились походные колонны и кроме боевой техники там обязательно будут заправщики, машины с боеприпасами и прочее. Все стоит в куче и может быть сметено подчистую.

Но есть и более изысканный вариант. Если мы знаем, что русские погнали своих военных к местам скопления техники, то накрываем эти места еще до их прибытия! Эти места и выявленные хранилища ГСМ и боеприпасов. Фейерверк будет славный, а эффект – фантастический. Можно выйти на русских военных и передать, что личный состав мы пока не уничтожаем. Только технику и боеприпасы. Даем вам шанс вернуться домой живыми!

Только не известно, что по этому поводу думает Генштаб. Старая тактика нам стоила жизней наших бойцов и потерю населенных пунктов. А там живут наши граждане. Не все из них звали русскую армию. Там есть и наши! Думаю, что пришло время что-то менять и работать на упреждение. Это наша земля и мы ее обязаны вернуть!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Написать комментарий



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: